Меню
16+

Общественно-политическая газета «Амурский маяк»

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 43 от 29.10.2020 г.

Изгои в родной стране

Автор: А.ВЕРИСОЦКАЯ, Е.ПЕРЕВАЛОВА, А.РАДИОНОВА, с. Раздольное (Из книги «Дети репрессированных о времени и о себе»)

Страшные отголоски многолетнего террора и массовых преследований властями своего народа и по сей день не дают спокойно жить людям, прошедшим через эти жуткие испытания. Особенно тяжело тем, кто эту страшную трагедию пережил будучи ребенком, на чьих глазах происходили аресты родителей, кто сам становился изгоем в родной стране. В их числе Валентина Филимоновна Дэксне (Логинова) из села Раздольное Тамбовского района, сегодня проживающая в Благовещенске.

Зотик-Логинов Изот-Григорий
Дети Логиновых
Изот Логинов

– Мои родители Филимон Иванович Логинов и Вера Мамонтовна Щербакова поженились в марте 1919 года. Отец украл маму у тётки без благословления. Её мать, Марфа Григорьевна, умерла в 26 лет, а отец Мамонт Дмитриевич Щербаков, был атаманом в станице Черняево. Он скоропостижно умер через три года после жены в 1909 году. Мама жила у тётки, как прислуга, и та не отдала бы её за моего отца. Отец жил в селе Ольгино Тыгдинского района Амурской области, там он окончил 2 класса Церковно-приходской школы. В 1920 году в семье появился первенец Зотик (Изот).

В 1921 году отца взяли в Хабаровский стрелковый полк Зейским воинским начальником. Воевал и попал в плен к белогвардейцам. Пленных держали на Русском острове возле Владивостока, где от тесноты, голода и болезней каждый день умирало много народу. Отца и ещё нескольких солдат взяли на сенокос и вывезли на материк, их сопровождали 8 офицеров. Ночью отец уговорил своих приятелей-косцов, они убили сопровождающих, оставили только одного, так как он умолял не убивать, говорил, что не по своей воле он здесь. У нас в семье долго хранилась фотография этого солдата, он подарил её отцу, на обороте была надпись «Спасителю Филимону Ивановичу». Отец и его приятели полтора месяца скитались по Приморью, обходили деревни стороной, питались ягодами и грибами. Уже совсем босые, оборванные, они наткнулись на партизанский отряд, который с боями дошёл до Никольск-Уссурийска.

Окончилась Гражданская война. Отец был награждён грамотами, одна подписана В.К.Блюхером. Но когда я была подростком, убиралась в доме и все грамоты вынесла в кладовку, а там они намокли и слиплись. Отец чуть не поколотил меня. Некоторые документы у него забрали в Зейский музей. Отец после Гражданской войны вернулся в Ольгино. Пахал, сеял, работал на земле. Семья росла. Началась коллективизация. Все вступали в колхоз. Отец тогда заработал больше всех трудодней. 2 февраля 1931 года его и ещё четверых сельчан забрали работники ОГПУ и судили на сходе при всех. Отца осудили за шпионаж в трёх разведках, приговорили к расстрелу. Мама упала в обморок на собрании, может, поэтому отцу дали 10 лет. Он был прямолинейным человеком, не хитрил, не врал. Его упекли в Тыгдинскую тюрьму.

Из амбара выгребли всё: зерно, даже картошку, оставили немного на еду. Весной садили картофельные очистки. Забрали весь скот и зингеровскую машинку, на которой мама обшивала всех детей. Та осталась с шестью детьми и бабушкой, и живи, как хочешь. В деревне обзывали врагами народа. Маму никуда не брали на работу. Потом поставили телятницей. А телят гнали со всего посёлка в церковь. Кормить их было нечем, и подстилки для телят не было. Там были и больные, и здоровые, из-за этого начался падёж молодняка. Маму как вредителя колхозного добра хотели посадить. Один сын умер. Мама от безысходности и горя хотела протопить печь, закрыть трубу, чтобы угореть. Но вечером пришёл брат отца Лазарь, в это время он был председателем колхоза, принёс булку хлеба тайно. Ему нельзя было даже разговаривать с врагами народа.

Мама писала Калинину, Ворошилову, не знаю, дошли ли до кого письма, или то, что отец не подписал никаких бумаг на своих односельчан, через три года в сентябре 1933 года его выпустили из тюрьмы и заставили ходить каждую неделю в милицию отмечаться.

Дом наших родителей перевезли в Черняево и сделали школой. Отцу объявили выселку в Зейский район, ссылку на спецпоселение в леспромхоз, под контролем спецкомиссии в лесопункт №1. Там родилось ещё четверо детей, одна дочь умерла. Все работали в лесу, приходилось ходить в другой посёлок Шпалорезку. Отец приходил в субботу ночью и уходил в воскресенье ночью. Он был стахановцем, и ему дали за хорошую работу корову. Это было счастье для всех, особенно для мамы, теперь она могла напоить нас молоком. Старший брат Зотик окончил 7 классов и поступил со своими друзьями в Хабаровскую речную флотилию, отлично учился на капитана малых судов. Потом их всех вызвали в милицию и посадили в тюрьму, требовали, чтобы они отреклись от своих отцов. Никто не отрёкся, и просидели они полгода. После этого ребят выгнали из техникума. Зотик вернулся из Хабаровска и стал работать в лесу. Осудили братьев отца Николая и Степана. У бабушки пятерых братьев с семьями увезли, так никто не знает, где они.

Изота взяли в Красную Армию служить, он писал маме: «Переживите это тяжёлое время, лучше будет, придёт хорошая жизнь, а я вам за всё отплачу добром. Вы, ребята, учитесь, старайтесь, а то у нас тут есть некоторые совсем неграмотные». Чтобы сфотографироваться, мама взяла у соседей красивые платьишки, белые чулочки, нарядила нас.

В 1942 году Зотик в звании сержанта разведки уже был на фронте и погиб в 1943 году. И только в 1952 году мы получили известие, что он числится пропавшим без вести. Все братья и сёстры мои прожили тяжёлую жизнь, учиться много не пришлось, только работать: в шахте – Ира, в лесу – Саша и Андрюша, Раиса. Я работала на птицефабрике №1 недалеко от Хабаровска. Вышла замуж за Мартина Петровича Дэксне, он тоже был репрессирован. Со своим мужем прожили 48 лет, у нас двое детей, есть внуки и правнуки.

В 1992 году мой отец Логинов Филимон Иванович был реабилитирован. Реабилитировали и нас. Наконец, через столько лет снято клеймо врага народа, которое всю жизнь висело на отце. Он, бывало, как выпьет, стучит по столу и кричит: «За что, за что над нами издевались?». Дай Бог, чтобы все жили хорошо и никому не пришлось пережить то, что пережили наши родные, особенно досталось маме, отцу, старшим: бабушке, Зотику, Раисе и Ире. Нам, младшим, Нине, Лёне и мне было полегче.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

4